Аурикулярная акупунктура

© А.Е. Терехов, МГМСУ. 2000
При перепечатке ссылка обязательна

В основе АА лежат сложные висцероаурикулярные и аурикуловисцеральные связи. Принципы аурикулярной рефлексотерапии дают возможность применять её также в качестве диагностической системы, дополняющей общепринятые методы клинической диагностики. Современные представления о механизмах лечебного действия аурикулотерапии прежде всего опираются на анатомо-физиологические (особенности иннервации) и онтофилогенетические (особенности развития из первичных жаберных закладок) характеристики ушной раковины.

Ушная раковина является уникальной областью на поверхности тела в связи с особенностями ее иннервации. Это единственный участок организма представленный хрящевой основой с кожным покровом и лишенный каких-либо признаков специализированной сенсомоторной или висцеральной функции, где наряду с разными соматическими афферентными нервами представлены также афференты висцерального происхождения— ветви блуждающего (n. vagus), языко-глоточного (n. glossopharingeus) и лицевого нерва (n. facialis). Мало того, соматические афференты ушной раковины в отличие от других участков тела представлены ветвями не одного какого-либо нерва, а сразу двумя крупными: тройничного нерва (n. trigeminus) и нервов шейного сплетения (plexus cervicalis), из коих один является краниальным, а другой— спинальным.

Между тем существует вполне четкий физиологический закон, описанный много лет назад, который говорит о том, что богатство афферентной иннервации того или иного участка тела зависит от степени функциональной дифференцированности данной области. Чем более сложную и многообразную функцию выполняет данный участок тела, тем более мощной, богатой должна быть его афферентная иннервация и тем большее количество нервных элементов должно участвовать в обеспечении этой функции.

В 1969 Nogier пришел к выводу о богатстве иннервации ушной раковины и наличии представительства чувствительности внутренних органов в области раковины. Эти данные подтвердили Jarricot (1969); Jarricot, Pellin (1971), однако их представления о расположении проекций тех или иных внутренних органов или, точнее, висцеральных функций несколько отличались от того, что представил Nogier.

Bossy (1959), исследуя иннервацию ушной раковины анатомически, пришел к выводу, что из висцеральных афферентов участвует только блуждающий нерв. Применив нейро-эмбриологические исследования он уточнил свои первоначальные данные и представил топографическую карту уха с представительством конечностей, позвоночника и ряда внутренних органов, распределение которых в области раковины в целом соответствует новейшим картам, хотя есть и серьезные расхождения по сравнению с картой топографии внутренних органов, составленной Nogier 1970 в тот же период.

Уже на основании онтогенетического анализа Bourdiol (1975) пришел к выводу, что сложная и множественная иннервация уха объясняется тем, что отдельные части ушной раковины формируются из анатомически различных образований в процессе эмбриогенеза и только потом сливаются как нечто целое в виде наружного уха. В связи с этим на поверхности уха возникают области со смешанной иннервацией ветвями различных нервов, и эти “гибридные” области уха потенциально должны обладать наиболее выраженными рефлексогенными возможностями.

Необходимо учитывать, что уже у эмбриона в период закладки жаберных дуг и начала их трансформации в элементы будущей ушной раковины кожа, покрывающая эту поверхность, получает афферентную иннервацию от шейных нервов; что тройничный и лицевой нервы иннервируют не просто кожу, покрывающую жаберные дуги, а элементы, расположенные глубже,—мезодерму и эндодерму.

Таким образом при формировании элементов ушной раковины из жаберного аппарата в “наследство” передаются все нервы, в том числе и нервы шейного сплетения. Такая наследственность подразумевает и функциональное родство.

Наиболее существенную роль в реализации эффектов воздействия на зоны ушной раковины играют тройничный и блуждающие нервы.

В эмбриогенезе шейное сплетение, как и тройничный нерв, формируются одновременно и одинаково. Особенностью спинального сенсорного ядра тройничного нерва является расположение в шейных сегментах спинного мозга. При этом оно иногда достигает четвертого сегмента. По существу это часть чувствительных клеток верхнего шейного отдела спинного мозга, волокна которых покидают спинной мозг не на уровне своих сегментов, а поднимаются наверх и выходят уже на уровне варолиева моста.

Мощные информационные потоки поступают либо в первичное сенсорное реле тригеминальной системы, либо, в значительно большей степени, в первичное сенсорное реле висцеральных афферентов — солитарное ядро продолговатого мозга. Оба этих ядра расположены рядом, часть афферентных волокон всех четырех нервов (V, VII, IX, X) заканчиваются как в тригеминальном ядре (нисходящем—спинальном ядре), так и в солитарном ядре. Оба ядра окружены ретикулярной формацией и отдают в нее коллатерали своих афферентных волокон. Нисходящее спинальное ядро тройничного нерва своим нижним концом достигает четвертого шейного спинального сегмента и имеет коллатеральные связи с афферентными системами шейных сегментов (С1—С3, а может быть и С4), что дает основание рассматривать афферентный отдел трех (четырех) верхних шейных сегментов и тригеминальной системы как единый афферентный аппарат (Crosby, Harnphrey, Lauer, 1962). В таком случае споры о различиях в соматической афферентной иннервации ушной раковины ветвями тройничного нерва и шейного сплетения теряют свое принципиальное значение.

Особенностью тройничного нерва является то, что это единственный из соматических сенсорных афферентов, который дает в ретикулярную формацию первичные волокна, т.е. является таким нервом, часть волокон которого принадлежит непосредственно ретикулярной формации. Ретикулярная формация развивалась вместе с развитием тройничного (и блуждающего) нерва и имеет с ним тесные функциональные связи.

Спинальные афференты от всех уровней спинного мозга отдают волокна в ядра тройничного нерва (нисходящее и главное) и солитарного тракта, благодаря чему эти два важнейших сенсорных ядра ствола мозга могут, как и ретикулярная формация, активироваться сигналами спинальных систем.

В связи с этим в сенсорных ядрах ствола мозга имеются реальные возможности для взаимодействия собственных афферентных сигналов с сигналами спинальных афферентов и более широкой активации ретикулярной формации ствола. Кроме того, в этих ядрах легко формируется отраженная чувствительность различных областей тела и органов, что лежит в основе аурикулодиагностики.

Афферентная система ушной раковины, образованная чувствительными терминалями V, а также VII, IX, Х краниальных нервов и верхними корешками шейного сплетения, принадлежит к числу наиболее мощных активаторов ретикулярной формации. А через ретикулярную формацию эти эффекты передаются на высшие вегетативные и эндокринные центры в гипоталамусе, в лимбической системе и на спинной мозг: на моторные, симпатические и парасимпатические выходы.

Поскольку нервы шейного сплетения и тройничный являются главным образом лишь анатомически различимыми путями передачи соматической афферентной информации в одну и ту же или весьма сходную систему рефлекторных механизмов, тогда остается признать два принципиальных положения в характере иннервации ушной раковины:

1. Вся поверхность ушной раковины, за исключением конхи, богато иннервирована соматическими афферентными волокнами (С2—С3, V), которые могут активировать непосредственно сенсорные элементы, расположенные на обширной и важнейшей области мозга, начиная от четвертого шейного сегмента и кончая мезенцефалическим отделом мозга.

2. Область конхи, как и трехсторонней выемки, богато иннервирована висцеральными афферентными волокнами, образованными тремя нервами (VII, IX, X), которые можно рассматривать как единую висцеральную афферентную систему ушной раковины и которая активирует непосредственно важнейший афферентный узел ствола мозга, контролирующий всю систему органов блуждающего нерва, без нормальной работы которых жизнь немыслима.

Неоднократно подчеркивалось, что точное знание иннервации ушной раковины позволяет правильно и обоснованно предсказывать функциональные особенности рефлекторных реакций, вызываемых с ушной раковины.

С позиций нейрофизиологических данных, имеющихся на настоящий момент механизм действия аурикулотерапии можно представить следующим образом.

При стимуляции ушной раковины, например, у начала корня завитка, где представлены афферентные терминали V, VII, IX и Х нервов, волна возбуждения распространиться в солитарное ядро и в тригеминальные ядра. Кроме того, нисходящие спинальные волокна мандибулярной ветви тригеминального нерва и некоторые волокна VII, IX, Х нервов, идущие в составе этих нисходящих волокон, достигая четвертого спинального сегмента, вовлекают в активность верхний шейный отдел спинного мозга. Таким образом, при локальной стимуляции определенных точек ушной раковины волна возбуждения появляется сразу же в нескольких ядрах ствола мозга, и каждое ядро посылает восходящий активирующий поток сигналов в одно и то же специфическое ядро таламуса (VPM). Однако дело не исчерпывается этим. Одновременно поток сигналов из ядер ствола направляется в неспецифические ядра таламуса. Наконец, параллельно с активацией таламических структур происходит активация многих структур ретикулярной формации ствола мозга, откуда волна возбуждения передается в восходящем направлении в неспецифический таламус, в ядра гипоталамуса, в лимбическую систему, и, конечно, в кору больших полушарий.

Афферентная система ушной раковины, образованная чувствительными терминалями V, а также VII, IX, Х краниальных нервов и верхними корешками шейного сплетения, как раз и принадлежит к числу наиболее мощных активаторов ретикулярной формации. А через ретикулярную формацию эти эффекты передаются на высшие вегетативные и эндокринные центры в гипоталамусе, в лимбической системе и на спинной мозг: на моторные, симпатические и парасимпатические выходы.

С другой стороны, при возбуждении ретикулярной формации ствола могут возникать непосредственные нисходящие эффекты (ретикуло-спинальная система) на спинальный сегментарный аппарат, что может повлиять на моторные и сенсорные реакции спинальных структур мозга. Ретикулярная формация ствола мозга со своей стороны находится под контролем вышележащих структур, особенно коры больших полушарий. Благодаря этому волна возбуждения, вызванная стимуляцией ушной раковины при поступлении в корковые проекции, может включить механизм коркового контроля, который изменит весь характер реакции.

В сенсорных ядрах ствола мозга имеются реальные возможности для взаимодействия собственных афферентных сигналов с сигналами спинальных афферентов и более широкой активации ретикулярной формации ствола. Кроме того, в этих ядрах легко формируется отраженная чувствительность различных областей тела и органов, что лежит в основе аурикулодиагностики.

Имеющиеся нейрофизиологические предпосылки позволяют сформулировать несколько тезисов о коррективном влиянии сенсорных систем ствола на поступающие информационные потоки.

Первое — это возможность взаимодействия сенсорных систем ряда краниальных нервов друг с другом (V, VII,. IX, X, а также С2—С3 в пределах специфических сенсорных реле ствола мозга. Представительство первичных афферентов вагуса (X) в этих ядрах наряду с афферентами ушных нервов (V, VII, IX, С2—С3) и других краниальных нервов (особенно VIII пары) дают все основания утверждать, что сигналы, поступающие на общие нейронные элементы этих ядер, могут блокировать или усиливать афферентные сигналы, поступающие по системе вагуса от различных внутренних органов.

Второе — это еще более широкая возможность взаимодействия различных афферентных сигналов, вызванных не только с ушной раковины, но и других участков тела, с выходом на эфферентную систему вагуса в пределах ретикулярной формации ствола мозга.

Третье — это взаимодействие соматических и висцеральных афферентных сигналов на таламо-кортикальном уровне с вовлечением в реакцию множества разных структур (лимбических, гипоталамических, стволовых, спинальных).

Высказанные некоторыми авторами взгляды о том, что “по тройничному, блуждающему и третьему шейному нерву афферентные импульсы от внутренних органов и частей тела достигают точек и зон ушной раковины” (!?), совершенно неприемлемы, так как лишены каких-либо реальных морфо-физиологических оснований.

Сказанное отнюдь не означает, что отрицаются факты отражения в различных пунктах ушной раковины (так же, как и на поверхности тела) состояния органов и частей тела в виде болезненных точек, зон, областей. Такое явление давно известно и признано в медицине в виде, например, зон Захарьина-Геда. Однако явление это совершенно не связано с передачей афферентных сигналов от внутренних органов через аурикулярные нервы на ушную раковину. На самом деле, всего этого нет. Отраженная чувствительная (чаще всего болевая) реакция от какого-либо внутреннего органа или части тела на ушную раковину (как и на поверхность тела) формируется в соответствующих сенсорных центрах мозга в результате конвергенции афферентных сигналов из разных периферических источников на одни и те же группы чувствительных нейронов.

Яндекс.Метрика
Пишите нам
http:// runomed.ru, официальный сайт компании OOO НПЦ РУНО™
©Все права на товарные марки "РУНО™" и "СТАМ™" принадлежат OOO НПЦ РУНО™
При цитировании любого материала ссылка обязательна.